Перейти к содержимому


Добро пожаловать на Форумы Travel.ru!

Планируете путешествие и возникли вопросы? Cмело создавайте новую тему в соответствующем разделе — Вам обязательно ответят!

 

Зарегистрируйтесь или войдите на форум, чтобы получить доступ к дополнительным возможностям и публиковать сообщения без премодерации.


Фотография

Йемен (яман тамам)


В этой теме нет ответов

#1 raiva

raiva
  • Путешественник
  • 67 сообщений
  • ГородМосква
Регистрация: 10.08.05

Отправлено 04 June 2009 - 19:13


Йаман тамам! (Жизнь под катом)

В связи с труднопроизносимостью русских имен и названий для простого арабского уха, в столицу Йемена пожаловали: Шамиль Басаев, Марат Сафин и Рамзан Кадыров - пендосы из солнечного города Махачкала.

Столица государства. Ночь. К полицейской машине из темноты подваливают два пендоса.
- А не подскажете, как пройти на Мидан Тахрир? (Майдан Незалежности)
Полицейский, чуть не подавился катом от неожиданности.
- Залезайте-ка в кузовок!
- Только наручники не надо.

 


Поиски «Туризм полис офис». Местные не знают слова «Туризм» ни в каких его формах, начинаются экскурсии по различным госучреждениям. Зачастую автоматчики в ушанках на проходной сами не знают что охраняют. В пустой комнате офиса турист-полиции на газетах сидят два автоматчика и старательно жуют. Подобрав с газеты последние листики за щеку, полисмен идет оформлять туристов.
- И куда вы собираетесь?  Напишите. А потом куда? Напишите. А потом куда?..
Устав придумывать маршрут передвижения, закольцевали его обратно в Сану и получили долгожданный «пермит».
- Не забудьте 20 «фотокопис».

  

Пиццахат.
- Вам большую, среднюю или маленькую? – принимает заказ мальчонка.
- А средняя, это сколько примерно в граммах?
Мальчонка чешет репу, смущается убегает. Прибегает дедок, разбирающийся в математике.

Местный ресторан.
- Чего изволите? Шурба, чапати или фуль?
- Ээээ… сэндвич…
- Oq!
Приносят курицу, лаваш, салат. Трудимся, сворачиваем шавермочки.

Задрипанная кальянная где-то на Абдул Насера. Два пендоса делятся впечатлениями за день, курят и матерят кривой кальян. Периодически завсегдатаи заведения оборачиваются в сторону пендосов, услышав «Буш», «Алькайда», «Пакистан», «Мухаммед» или «Иисус». Посетитель -склеротик постоянно здоровается и интересуется «тамам» ли шиша.

Есть три вида цен за товары и услуги:
1) Оказывается услуга, затем покупатель спрашивает «Хау мач?» Цена вкручивается небесная.
2) Покупатель спрашивает «Хау мач?», называется цена с туристическим коэффициентом, после непродолжительного торга оказывается услуга.
3) Оказывается услуга, покупатель делает лицо типа «да я каждый день это здесь покупаю по 5 раз» и молча протягивает 1000 й.р. Продавец оценивает выражение лица покупателя и начинает отсчитывать сдачу, иногда делает паузу в надежде что покупатель таки не знает цены. Продолжайте ждать сдачу. Цена в данном случае выходит минимальная, как для туземцев. Нюанс в том, что надо приблизительно представлять стоимость услуги, иначе после протянутой 1000, продавец скажет «еще 200 недодал».

Меряю кепку в магазине: «А зеркало у вас есть?»
Продавец показывает пальцем на консультанта «Махмуд!»
Консультант смотрит на пиндоса и говорит «Гуд, тамам».
Раз зеркало говорит «тамам», надо брать.

Маршрутка на Вади Дахр.
- Граждане, освобождаем 3-й ряд, пендосы всяко больше заплатят! – кондуктор выгоняет деревенских жителей из машины.
- Бабушку Агюзель зачем прогнал? Нихарашо это, - недоумевает водитель, - Махмуда выгнал, он мне как брат!
- Рули не твое дело!
Спор становится все громче, у каждого тьма громких аргументов. Наконец кондуктор протискивается через салон микробуса к водиле и начинает сильно стучать его рукой по макушке, что-то приговаривая.
«Кто деньги собирает, тот и главный» сделали вывод пендосы.

Добрые люди на лендкрузере 1975 года выпуска решили подбросить двух туристов. Добрые люди улыбаются и переглядываются.
- Хм. Интересный факт, - читает улыбающийся пендос, - все случаи похищения людей были совершены на джипах.

Каукабан. На скалах то тут то там, устроившись поудобнее с видом на закат и пакетиком ката, жуют местные ценители прекрасного.
- Халлё миста! Сура! Сура! – количество кричащих «сфоткай» больше, чем знающих иноземное слово «халлё», - вер а ю кам форм?
- Махачкала, Дагестан.
- Пакистан? Что-то не верится.
- Да- гес- тан. Это между Руссией и Финляндией,    - неудачное слово «дагестан», пусть будет «армения» в следующий раз.

Санаа. Ресторан ливанской кухни. 9 мая. Довольные пендосы смотрят на большом экране парад  на красной площади по каналу «Аль Джазира». Курящие вокруг арабы начинают уважительно делиться кальянными угольками.

 Студент «Аль-Айтишник» показал все нужные маршрутки, теперь ездим не за 200 й.р., а за 30. В одной из маршруток средних лет приличный араб не сдержался и заговорил по-русски.
- Откуда вы, товарищи.
«Пожалуй, надо поменьше материться вслух на местных». Товарищ оказался Ленинградским студентом Советского Союза, с теплотой вспоминал те времена и часто употреблял слово «товарищ».

В интернет кафе удивила степень арабизированности винды. Меню «Пуск» - справа, открывается налево. Крестики окон – левый верхний угол. Кнопка «Назад» в интернет-эксплорере указывает вправо и все остальное в том же духе.

Еще один русскоязычный араб не сдержался утром в лепешечной кафешке. Назим оказался из Самары, гордился, что увез оттуда одну из тамошних красавиц.
- Я сам в Адене живу, у нас там все прилично, а тут в Сане просто настоящий арабский бардак.

Таксист он везде таксист.  Общее такси Пежо 407. На переднее сиденье – водитель и 2 пассажира, второй ряд – 4 пассажира, третий ряд (багажник кузова «универсал») – 3 места. Пока все 9 мест не заполнятся, машина никуда не поедет. Во втором ряду уже сидят рыжий европеец, дедок и захеджабенная бабулька.
Два передних места оплачивает сестра европейца. Рыжий прекрасно говорит на арабском, постоянно спорит с местными о политике, полистывая арабский «Ньюсвик».  Бабулька пытается закутать голову европейки, запихивает ее волосы под платок и почитывает нравоучения.
- Вы хотите ехать тесно или очень тесно?
- Мы, пожалуй, заплатим за 3 задних места.

Манаха. Райцентр в горах. Туристов больше нет. Хозяин отеля плачется, пытаясь набить цену.
- Да я вам организую 3-разовое питание, гида и задницу осла.
- Кхм. Давай только номер и без задницы осла, если можно.
Поднявшись на закате в гору над городком, восхищаемся  какофонией «аллахуакбар!» раздающейся по горам и долинам. В отеле появляются еще два постояльца – немецкие журналисты. Это повод устроить четырем туристам концерт в виде танцев с ружьями 19 века и джамбиями. Абсолютно безвозбезднда. По окончании концерта предлагается приобрести авторский CD за 1500 й.р. Вечером городок остается без электричества, любопытные местные собираются у входа в отель, расспрашивают иноземцев про дальние страны, делят 1500 й.р. от немцев, пытаются впарить свою бижутерию и «донки бэк» на завтра.
- What a #### are you doing в этой стране? – недоумевает немец, отрываясь от своего ноутбука «Эппаль».
- Почему же «вот а хелл»? Отдыхаем.
- Да тут корейских туристов мочканули, на юге страны постреливают. Ну вы даете.

Хорошо выспавшись, умывшись и позавтракав, Шамиль и Марат вышли из гостиницы с походными рюкзаками и мыслями «ура мы идем в горы». Небольшой порыв ветра, ливень, град, улица превратилась в селевой поток. Довольные туземцы стали собираться у входа в отель чтобы помыть крыльцо текущей по улице халявной водой, порасспрашивать попавших в засаду альпинистов про дальние страны, впарить бижутерию и осла.

Аль-Хаджара. Колоритная деревня на вершине скалы. Вся местная детвора, вдохновившись фильмом «Миллионер из трущоб» лезет в гиды.
- Так дети! Слушаем меня! Халлё! Ви кам фром Махачкала! Яман тамам! Всем гудбай! – поняв, что ни бакшиша ни калямы им не обломится, дети расходятся. Кроме одного настырного сорванца
- Иц окей миста! – видимо он сегодня дежурный, - я покажу вам еврейскую и арабскую часть нашей деревни.
- Да я и сам все знаю, вот евреи сверху, а там арабы снизу.
- А вот и нет, - мальчонка довольно улыбается, - евреи давно уже как снизу у нас живут.
В нижней части деревни нас обступает другая толпа детишек с гораздо более дружелюбными лицами и ангельскими глазами. Дети хитро переглядываются. Замечаю, что у всех в кулаке зажат комок глины и они постепенно окружают нас.
- Сматываемся, это партизаны! – начинаю изображать фотоаппаратом автомат калашникова, кричать и громко отстреливаться. Дети разбегаются, не успев закидать нас гранатами. Скрываемся в кактусах.

Вечером опять вырубили свет. Добрый араб принес свечу в комнату, отдал и пошел. По дороге он вспомнил, как в кино показывали портье, который ждал чаевые. Араб бесшумно вернулся к открытой двери и стал ждать. Шамиль чуть не обосрался, когда случайно высветил лучом фонаря фигуру араба в дверях.

Хайкинг к «саудовской» мечети Аль-Хутайб. Тетка в хеджабе спихивает своих коз с дороги-серпантина  в обрыв, где они каким-то чудом зацепляются на стене и продолжают пастись. К мечети беспрерывно подъезжают паломники-нефтяники на джипах, в белых саудовских халатах и муслимских шапочках. Персонал «монастыря» не успевает разгружать многочисленные чемоданы правоверных. Высоко на скале ряд тапков обозначает непосредственное начало мечети. Надо сказать, что в Йемене неверным запрещено посещение мечетей (сказывается саудовский консерватизм и тупизм). Тем не менее, уверенно сбросив тапки, вливаюсь в белохалатную толпу.
- Фото ноу проблем, - видя мое смущение, улыбается паломник, - вы знаете что это?
- Иц а моск.
- Ага, это мечеть Абу-Таби-Буакабибара (неразборчиво), - расплывается довольная рожа араба, - а вон там внизу…
- Иц а томб!
- Ага, могила самого Абу…….
- Этот Абу. Он кто? Поэт?
- Духовный лидер… как бы это сказать…. одной из сект ислама.

На пятый день прибыл духовный лидер нашей секты Рамзан Кадыров. С ним мы решили подняться на самую высокую гору.
- А вы чего не фотаете красоту? Не нравится?
- Я не фотаю, не потому что не нравится, а потому, что не помню точно сколько раз это уже сфотал.
Где-то на скалах среди облаков и кактусов встречаем довольного америкоса с проводником.
- Вам нужен гайд?
- Шукран, не надо, с нами же Рамзан, - наш проводник Рамзан тем временем доставал из нижней части спины колючки от кактуса и громко матерился.
Наконец, где-то в небесах, среди заброшенных строений старых как эти горы, нашу экспедицию накрывает туча огромного размера, белая и плотная как молоко.
- Кажется проводник бы теперь нам не помешал.
- Ага, только теперь он будет уже стоить ту же сумму только в долларах. Смотрите, осел. Сядем на осла, он знает дорогу.
- Он то знает, да только мы не знаем, куда он знает.
Вспоминая канал дискавери, решаем идти вниз по склону, мысленно готовимся ночевать в одной из заброшенных древних деревень. Идти в неизвестность – довольно сильное испытание для «морале». Неожиданно из тумана выплывает тетка в хиджабе.
- Манаха - туда, май хаус – туда, - предлагает варианты на выбор малореальное в этом месте существо. Умное решение, наверное, состояло в том, чтобы переночевать в ее доме, но слишком уж призрачной она нам показалась. Скорее, каким-то сказочным персонажем и необязятельно добрым.
- Мы в Манаху. Шукран.
Двадцать минут спуска в указанном направлении и стали появляться мысли: «А ведь теплый очаг был совсем рядом». Вдруг навстречу  на тропе материализовалась другая … о нет… та же самая тетка. «Я тут поясков красивых навышивала. Купите».
- Как ей это удалось?! Кто она? Уносим отсюда ноги.
Слепой спуск продолжался бесконечно. Наконец, мы услышали звуки. В Манахе, несмотря на плотный туман, играли свадьбу. В мегафон раздавался знакомый ритм музыки «танца с джамбиями». Как и полагается, часть гостей вываливалась на крыльцо пожевать (а-ля перекурить).

Жаркий приморский город Аль-Худайда. Замечательная кальянная. Часть завсегдатаев сидит в помещении на полу, одновременно жуя кат и закуривая его кальяном. Вокруг кальянной прямо на берегу стоят пластмассовые стулья для менее колоритных персонажей. «Би кям?» – решил проявить свои познания в арабском Рамзан, - «талята щай халиб!» – выложил он сразу весь свой словарный запас. Эффект оказался более чем. Каждый раз, мальчик подходил к столу, игнорировал двух других пендосов и общался с Рамзаном исключительно на языке Хаяма. «Может еще чайку? Уголечков поменять? С молоком или без?» Как ни пытался Рамзан убедить мальчугана, что по-арабски он не говорит и не понимает, уже было поздно. Он стал «своим» и все вопросы заведение теперь решало исключительно через него.

Рыбный рынок. Рано утром лодки прибывают одна за одной, разгружают улов и тут же устраивают аукционы по продаже рыбы. Ослы подвозят на телегах огромные глыбы льда. Особый интерес вызывает лодка охотников на акул. Вокруг нее собирается множество «рыбаков», с удовольствием разглядывая и обсуждая страшных чудовищ. Акулы выглядят так, как будто их полчаса бил по ребрам сапогами отряд Омона. Видимо акула борется за жизнь до конца в прямом смысле. 
Пятничный рынок Бейт-аль-Фатих. Лужники начала девяностых – жалкий супермаркет по сравнению со здешним шумом и движухой. Прямо в толпе ревут моторы и гудки мотоциклистов. Во все стороны разъезжаются грузовики, набитые ослами, козами, птицами и травой.

Самый жаркий город  на Земле – Забид. Жара определенно необратимо влияет на мозг.
- Где Забид фундук?
- Да.
- Что «да»? Где?
- Где Баб-аш-Шабарик?
- Да.
- Что «да»? ГДЕ?

Подружились с маленьким забидянином. Теперь нам открыты все двери. Мальчишка водит нас по деревне методом «тук-тук – вхожу». Видя, что пацан ведет нас к мечети, местный умник интересуется:
- А ты, товарищ, муслим? - причем на арабском.
- Йес, йес, и вон те два муслима, тоже со мной, - тут главное уверенность интонацией выразить.
Методом «бросайте тапки, пошли» попадаем в одну из основных мечетей. К сожалению, среди завсегдатаев заведения и тут находится консервативный старпер: «А кто этих пендосов привел? Ах ты, маленький негодник!» К сожалению, за неимением возможности продемонстрировать дедушке обрезание, приходится уйти.

Типовые аналогии о России – vodka, matrioshka, putin? В Забидских медресе думают иначе.
- Халлё, сураа. Вер а ю кам фром?
- Руссия.
- О! Руссия! Арсенал!
- Почему арсенал?
- Ар-ша-фин!

Тайзз. Большой либеральный городок с университетом и нормальным климатом. Здесь мы идем в полицию, чтобы продлить свою «регистрацию». Дежурный мент – молодой мальчишка с калашом, пистолетом и сильно выпученными глазами. Постоянно улыбается. Он проводит нас в «кабинет» к операм. Кабинет – это стандартного размера, совершенно пустая без какой-либо мебели комната с окрашенными стенами. В углу у окна на газетах сидят 2 опера и о чем-то громко спорят с набитыми щеками, и не забывают подкладывать за щеку новые листочки. «Присаживайтесь», - приглашает дежурный. Берем по газетке и садимся по углам комнаты. Дежурный подсовывает наш просроченный пермит операм, калашников кладет на колени, его дуло направлено в пузо Рамзану.  «Это че за хренотень?» – отвлекается опер. Затем тычет нашей бумажкой в рожу другому оперу. Спор разгорается еще сильней, но видимо уже на другую тему. Бумажка сминается и отшвыривается в сторону. Рамзан вопросительно глядит на дежурного: «Что происходит?» Дежурный показывает пальцем надутую щеку: «это нормально, парни немного обжевались, их теперь не скоро отпустит». В дверях появляется туристический мент: «А вы в каком отеле остановились? Лучше идите, я к вам сам приду, все оформим».

Высоко в крепости над городом нас застигает грозовое облако. Вставшие от статики на голове дыбом волосы усиливают мысли «а не грохнет ли нас молния?» Двери закрытых музеев отныне открываются взаимными комплиментами.
- Вы откуда? Яман тамам?
- Тамам, тамам. Мы – Руссияне. Кстати, классный у вас калашников.

Вечером нам намекают, что пора бы оплатить наш чай. К сожалению, по-английски никто не говорит.
- Арракуахаддакасялляллятабба?
- Баблос?
- Ага.

Буква «Х» произносится в арабском очень тихо и нежно. Автобус в Хайс.
- Куда едете? Айс? – спрашивает водитель потеющих от зноя пендосов.
- Совсем не айс!

Маленькая рыбацкая деревушка Аль-Хоха не знавала ранее таких конфликтов.
- С вас по 200, сообщил добрый самаритянин, погрузивший пендосов в грузовичок.
- Окке! – сказали пендосы, твердо решив заплатить как местные, по 100.
- Фундук Мока марин? – поинтересовался водитель.
– Нет! Фундук Альхоха виладж! – и какой же идиот дал название отелю на отшибе по названию населенного пункта? Дедушка естественно привез пендосов прямо в центр Аль-Хохи.
- С вас – 400 за троих.
- АЛЬ-ХО-ХА! ВИ-ЛАДЖ! - надрывался Шамиль. Дедок был непреклонен или стал косить под дятла. – Привез не туда! Держи 300 и гудбай!
- Не наглейте, америкосы зажравшиеся! – дедок отшвырнул купюры. Начала собираться галдящая арабо-африканская толпа,  - я вас найду и прирежу, - шофер наглядно показал, как он будет вскрывать нам глотки. Толпа все сильней возбуждалась. Появилась полицейская машина. Узнав подробности конфликта, полицейские начали отсчитывать дедку свои деньги «уймись не надо никого резать». Только тут до пендосов дошла степень серьезности ситуации. Шамиль бросился сувать деньги обратно полицейским и пихнул боевому дедушке 500-ку.
- Тебе деньги дали, теперь вези туристов в их хотель, - объяснили менты таксисту. Таксист повез туристов в единственный отель на берегу, который знал. «НУ ЕЩЕ 1 КИЛОМЕТР ПРОЕДЬ, ГАД!», - таксист из принципа включил режим «я орешек» и твердил «Вот ваш фундук, буржуи проклятые». Машина растворялась в дорожной пыли. Из кабины высовывался дедушка и все громче орал проклятия в адрес Шамиля. Шамиль все громче кричал проклятия в адрес удаляющегося грузовичка.

Фасоль по-йамански. Вскрываем консерву с фасолью, высыпаем ее содержимое на сковороду. Консервной банкой начинаем давить фасоль на сковороде. Добавляем кучу всякой вкуснятинки – «фуль» готов.

Поддавшись местному увлечению, решаем закинуться катом.
- Может пол-кустика нам хватит? – нерешительно рассуждает Шамиль.
- Пол-кустика? Тут все рассчитано уже, по кустику на щеку, - настаивает Рамзан, - дайте два куста, пожалуйста, - с видом опытного драгдилера начинает выбирать кустики посвежее.
Ночной пляж. Светят звезды. Горит костер. Печется картошечка. Бегают крабы. Шамиль и Рамзан давятся катом.
- Почему же не вставляет?! Кхххх ТьФУ!
- Вот блин дерьмо, как они это жуют! ТЬФУУ! ТЬФУУ!
- Жуем, жуем, и ни в одном глазу. Посмотри, как там картошечка. Тьфу!
- Ни в одном глазу? Мы костер не на картошке разожгли, а рядом! Перекладываем!
Глубокой ночью, расстроившись, что кат «не торкнул», Шамиль и Рамзан стали гонять крабов с фонариками, остатки кустика обменяли на ресепшене на термос чая, а затем лежали на спине и фотографировали звезды.

Через сколько времени должен был торкнуть кат, так и осталось загадкой, тем не менее на следующий день от безделья Рамзан задумал поймать ворону. Он соорудил петлю и начал «маскировать» ее бревнами и ветками. Несмотря на щедро разбросанный прикорм, вороны так и не решились подойти к ловушке. Петля знаете ли петлей, а вот получить бревном по клюву, когда Рамзан резко дернет веревку птицам явно не хотелось.

Тайз. Ксерим пермиты в фотолабе около университета. Неожиданно в лаб заплывает небольшой отряд в черных хиджабах. Студентки хихикают и косятся на фотокамеры пендосов.
- Таак, проходим на фотографирование,– Шамиль осторожно поднимает камеру. Персонал лаба начинает ржать.
- Но, но, но! – шугаются хеджабницы.
- Не стесняйтесь, вы же фотографироваться пришли. Будете одну на всех фотографию делать как обычно?

Запись в дневнике Шамиля: «Покупали сувениры. Мерялись джамбиями».

Автобус Тайз-Санаа. Телевизор показывает йеменского Райкина - Адель Имама. Все ржут, жуют кат и выплевывают стебельки в проход. Проводник раздает блевательные пакетики. «А мне не надо», - отпираются пассажиры. «Нет уж лучше возьмите», - настаивает проводник. От бесконечного серпантина, половину теток в автобусе жестко укачивает, они начинают засовывать себе под хиджабы пакетики, громко и протяжно крякая блевать на каджом повороте, ускорении и торможении.
- Даа. Как же тяжело, когда блевать уже нечем, - глумился над крякающими тетками добрый Рамзан, - рейс «Блюющие хиджабы».
На очередном КПП пассажиров выборочно заставляют вставать, проверяя наличие стволов у населения. «Иностранцы есть?» - спрашивают у водителя. «Трое». Автоматчик осматривает салон, подзывает второго военного: «вот двое, а где третий?» Спящего загорелого и небритого Рамзана как обычно принимают за своего. «Ну значит показалось. Двое», - не моргнув глазом поправляется водила. На одной из остановок среди попрошайничающих детей пацан в синем костюме супермена как полагается с красными трусами (по колено) и красным плащом. На ногах у супермена зимние сапоги на молнии. Фотографироваться парень не хотел. Его братья за 50 копеек скрутили его и привели к фотографу.

Санаа.  Солнце садится. Пиндосы сидят на крыше толи музея, толи культурного центра, любуются закатом и слушают вразнобойное «аллахуакбар». Неожиданно на крышу выходит смотритель музея.
- А вы как сюда попали?
- Эээ… а мы вот крышечку от фотоаппарата тут обронили, залезли поискать, - не отрываясь от созерцания неба, отмахиваются пендосы.

- Сколько до аеропорта?
- 500.
- Ок. Поехали.
Через 5 минут.
- С каждого.
- Ок.
Через 5 минут.
- Долларов.
Широко, широко улыбаемся.

 глядеть сотню фоток


Упомянутые места на карте Йемена

  • 0



Ответить



  


Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 скрытых